No Image

Почему девушки идут в армию

СОДЕРЖАНИЕ
0 просмотров
12 декабря 2019

В Санкт-Петербурге
ноябрь, 14, 2019 год
10 °C

Читают все

Н овости партнёров

L entainform

Зачем женщины идут служить в нашу армию

08/11/2010

В 2007 году в российской армии служило 95 тысяч женщин – примерно 8,5% от ее штатной численности. Сейчас идет реорганизация армии, в ходе которой ее численность сократится, и женщины уйдут одними из первых. Но они сопротивляются.

З ачем нужны женщины в армии и что их там ждет, нам рассказала Марина Зайцева, действующий прапорщик ВС РФ, участник боевых действий в Чечне, мать троих детей.

– Не понимаю – зачем женщины идут в армию?

– Существует несколько категорий. Первая – жены военных, их больше всего. Вторая – девочки, которые начитались книг, насмотрелись фильмов – и в армии ищут романтику. Таких девчонок я встречала. Погибают в 20 лет в Чечне – вот тебе и романтика. Третья категория – женщины, которые ищут социальной защищенности: ведь армия обещает стабильную зарплату, социальный пакет: собственное жилье после окончания службы, бесплатное лечение. Последняя категория – их единицы – это женщины, которые действительно хотят быть профессиональными военными, как солдат Джейн. Случайных женщин в армии нет. Чаще всего сюда устраиваются по знакомству – жены, родственники, знакомые военных. Основная масса – без военного образования.

– Вы-то сами как в армии оказались?
– Решила быть рядом с мужем. Честно говоря, зарекалась в молодости выходить замуж за военного. Я ведь родилась в художественной среде, у меня дедушка – художник, Алексей Шостак, сама я тоже окончила Красноярское художественное училище им. Сурикова. А военные – люди нетворческие, живут по команде. По окончании училища я стала работать художником в Омском музыкальном театре. Познакомилась с курсантом, он стал моим мужем.
А в армию я решила пойти в Германии, где первое время служил мой муж. Я по просьбе военных оформила кафе, и командир дивизии предложил мне: «Давайте вас в армию возьмем, будете работать за 300 марок в месяц». Рассказал про соцпакет, про санатории бесплатные. Я сказала, что «не хочу строиться, форму носить». – «Я вас и не принуждаю – будете заниматься своим делом». Два года так и было – числясь на должности связиста, я работала художником. Потом мы уехали из Германии.

– А в Чечню вы как попали?
– После Германии мы с мужем служили в городе Богучар Воронежской области. И как раз в то время – в 1994 году – началась первая кампания в Чечне. Военных отправляли туда, не спрашивая, даже с семьями не давали попрощаться. И моего мужа трижды пытались туда забрать и трижды возвращали: как отца троих детей. Но потом все же взяли – в 1996 году. Через некоторое время мне сообщили, что муж мой пропал без вести. Я от телевизора не отходила – ждала новостей. И однажды увидела его – живого! После оказалось, что у него 13 тяжелых контузий и перелом черепа. Мы потом скрывали эти травмы, чтоб его со службы не уволили.
После всех этих переживаний я решила написать картину – хотела нарисовать тот бой, в котором муж участвовал. Когда я привезла картину в Москву своим преподавателям, они спросили: «А ты сама там была?» – «Нет». – «Оно и видно, что не была». После этого я решила поехать в Чечню – рисовать настоящих героев. И поехала, когда мужа моего снова туда отправили, – для него, инвалида 3-й группы, это был единственный тогда путь повыситься в звании и остаться в армии не списанным по инвалидности.

– И что, вы в реальных боевых действиях участвовали?
– Первое боевое столкновение было в марте 2000-го, когда наш полк попал в засаду. На моих глазах тогда погиб мой друг детства. Сначала я с ним ехала на одном БМП, но в последний момент он меня отправил в конец колонны. И как только я добежала, прогремел взрыв – впереди люди все погибли. Потом началась стрельба, а у меня в руках оказался совершенно чужой автомат. Я не помню, куда стреляла, – в таком была шоке. Помню только, как командир разведроты кричал: «Ты куда стреляешь! Ты же в нас стреляешь! Держи левее!» Потом к такой обстановке стала привыкать.

– Так картину вы в итоге нарисовали?
– Я начала несколько, но ни одной не закончила. В Чечне я часто думала: «Что я здесь делаю! Каких героев я приехала рисовать?!» Это поначалу мальчишки молодые ехали воевать за идею, многие приходили отомстить за погибших друзей. Но потом началась борьба за деньги – никаких идей. Однажды мы в Чечне проходили тестирование, и меня предупредили: «Если напишешь, что приехала сюда, чтобы героев рисовать, тебя не поймут. Пиши, что ехала из-за денег». Героев к тому времени не осталось.
Как-то раз, когда мы окружали часть района в Чечне, я зашла в один из домов и увидела двух обкурившихся офицеров и чеченскую женщину – это был ее дом. Один из них при мне сорвал с ее шеи золотую цепочку. Второй хотел забрать ковер. «Зачем тебе этот ковер?» – говорю. «В палатку положу, теплее будет». Я тут придумала, что у чеченцев есть обычай заворачивать в ковры мертвецов. Они оставили женщину в покое. И так было везде: солдаты и офицеры тащили к себе в палатки все: ковры, мебель, линолеум. А ехала я в Чечню рисовать героев!

– Сейчас вы боретесь за право вернуться в Петербург к больной маме. Это как получилось?
– После Чечни мое лично дело потеряли – до сих пор не нашли и полностью не восстановили. В 2006 году меня направили служить в Ленинградский военный округ, а мужа в Улан-Удэ. Когда я приехала, меня отфутболили: «Нет мест». 11 месяцев мне не могли найти место службы – я нигде не числилась, и денег мне не платили. Но я приходила каждый день в отдел кадров и отмечалась, что я прибыла. Все это время я пыталась добиться, чтобы меня перевели в Улан-Удэ к мужу, и только когда написала письмо в приемную президента, смогла добиться этого перевода! Приехала к мужу, а он говорит: «Я подал на развод – ты долго переводилась». Теперь после развода я должна доказать, что мне нужна квартира – потому что та квартира, в которой мы жили, принадлежит мужу. А теперь у него другая семья. В 2007 году проблем добавилось – у моей мамы случился инсульт, а она живет в Ленинградской области. Я стала просить перевести меня к больной матери: и по указу президента «О статусе военнослужащего» и по закону «О прохождении военной службы» меня обязаны были перевести. Но уже третий год у меня ничего не выходит – Главноком Сухопутными войсками генерал-полковник Постников отказал, сославшись на реорганизацию в ВС РФ: «Своих женщин в Ленинградском военном округе некуда девать, а вы тут со своей больной мамой».

Читайте также:  Маршрутное такси 1 кемерово

– Почему вам не бросить армию и не заняться гражданской жизнью?
– Мне осталось отслужить еще год и восемь месяцев до 20 лет. Если сейчас буду увольняться, пенсия будет приблизительно 4,5 тыс. рублей, а вместо готового жилья мне выдадут жилищный сертификат, на который в Питере и туалет купить не смогу, как заметил наш премьер Путин. При увольнении из ВС только три категории имеют право получить полный социальный пакет (пенсию, жилье и бесплатное лечение): те, кто увольняется по предельному возрасту, по организационно-штатным мероприятиям и по состоянию здоровья. По третьей причине уволиться почти невозможно – все из армии уходят больными, но это нигде не фиксируется. Невыгодно нас лечить. Недавно вышел указ о ВВК (военно-врачебная комиссия), по которому теперь ее нужно проходить за 8 дней – а раньше было 21 день. Все военнослужащие должны быть уволены здоровыми – в противном случае Министерству обороны придется оплачивать нам лечение или платить пенсию по инвалидности.

– В СМИ часто пишут о злоупотреблениях армейского начальства. Сталкивались с этим?

– Это дело привычное, особенно в Улан-Удэ – это самая настоящая тайга: никто ничего не видит, никто ничего не знает. Я сама там столкнулась с полным беззаконием, когда меня мой начальник, майор, сбил на машине. Он с сослуживцами в пьяном состоянии ехал на совещание, а я шла по дороге. После аварии он начал трясти меня и орать, что я ему машину испортила. А когда я опомнилась и узнала его, он закричал: «Тащите ее в багажник, сейчас вывезем и закопаем». И они действительно понесли меня к багажнику – мне так страшно даже в Чечне не было. Тут вдалеке какие-то огни показались – я рванула. Меня спасли. Это были люди гражданские. Они меня отвезли в прокуратуру. В прокуратуре я все рассказала: «Ловите его, он в алкогольном опьянении!» Но его не стали ловить: ведь он майор, а я прапорщик. Потом оказалось, что у меня начался отек мозга – если б не врачи, я бы умерла. Я подала в суд. На суде все военные давали ложные показания в пользу майора. Но свидетели, которые спасли меня, рассказали все, как было. Но этого майора по решению суда даже не сняли с должности. Он понес наказание в административном порядке, выплатив государству 5 тысяч рублей.

– А с дедовщиной в армии как – или вас это не касается?
– Я могу рассказать прямо по частям, где я служила. В Германии не было дедовщины. Потом, когда я служила в Богучаре, к нам пришли дагестанцы служить. Тогда как раз война в Чечне началась – и они на национальной почве дедовщину устроили: издевались над молодыми парнишками. И тут пришли новобранцы, бывшие курсанты, и за пять секунд этих дагестанцев раскидали – на этом и закончилась дедовщина.
В Чечне поначалу и не могло быть дедовщины – все были с оружием в руках. К тому же перед лицом смерти коллектив дружным становится. Дедовщина началась, когда я второй раз туда приехала – в 2005 году. В это время в Чечню заманивали деньгами – за 10 – 20 тысяч рублей люди жизнь продавали. А потом у кое-кого наглости хватило, чтобы за то, чтобы служить в Чечне, брать за деньги – от 40 до 60 тысяч рублей была ставка. Это работало в основном на дагестанцев – Дагестан рядом, а там работы нет. И ребята покупали себе должность в армии. С каждого солдата подполковник собирал дань. Мальчишек-контрактников он заставлял отдавать почти все их деньги. А я ему не платила. Несколько раз он под автоматами разведроты затаскивал меня в свой кабинет, закрывал и говорил: «Ну что, как будем за твою должность расплачиваться?» За то, что я служу в Чечне, я должна была платить ему дань – либо переспать с ним! И ему было совершенно безразлично, что со мной рядом служит муж. Однажды дело дошло до драки, и после этого меня в срочном порядке откомандировали из Чечни в Ленинградскую область.
В мирное время я встретилась с дедовщиной в Краснодаре, когда служила в спецназе. Там солдат-срочников просто избивали: подходит к мальчишке офицер и – головой об унитаз, об раковину… Был один командир, который из солдат деньги выбивал. А в июне этого года там умер солдат от пневмонии. Я раньше не понимала, как можно летом заработать пневмонию. Очень просто: у солдат ведь нет сменной формы одежды. А некоторые умные прапорщики не дают солдатам просушивать военную форму в казарменном помещении – вдруг проверяющие нагрянут. Вот они и выходят на службу во влажной одежде.

– А физиологические особенности женского организма как-то учитываются в армии?
– Раньше учитывались. Когда я начинала служить, в Германии, в Богучаре – это был золотой век для женщин в армии. Мы имели право взять справку у врача, когда нужно, и нас освобождали от службы. Сейчас такого нет. Если женщина идет к гинекологу, то лечь в больницу она не может: «Нет такой болезни – гинекология!» – говорит начальство.

– Какие армейские специальности недоступны для женщин?
– Командирские должности – не женские. Хотя у нас в Чечне был экспериментальный батальон, где руководящие должности занимали одни женщины. Но потом началась реорганизация армии – и он развалился. Не любят женщин в армии. Мужчины хотят иметь превосходство хоть где-то. А выходит, мы и здесь хотим их места занять. Помню, когда меня назначили начальником аппаратной и представили солдатам, я услышала: «Фууу! Баба! Вот мы ей сейчас устроим!»
Области, где женщина все-таки может построить карьеру, – это медицина, связь, юриспруденция, делопроизводство, работа переводчиком – то есть не совсем военные. Тут уже встречаются командиры-женщины.

– Так нужны ли женщины в армии?
– Нужны, конечно. Но служить в России очень сложно. Нужно менять всю систему – тогда, может, условия станут сносными. Хотя в США еще хуже: там женщина и слова сказать не может. Запрещаются связи между мужчиной и женщиной, и тем более родственные связи. Жена с мужем вместе не могут в американской армии проходить службу. Никому из женщин в американской армии не позволят, как мне сейчас, безнаказанно рассказывать о состоянии армии !

Читайте также:  Пустая квитанция на оплату

Россия медленно, но верно возвращается к тому времени, когда служить в армии было не только престижно, но и выгодно. При этом неуклонно растет число женщин, желающих поступить на службу в Вооруженные силы РФ. Что влечет представительниц слабого пола в армейские ряды? Какие испытания предстоит пройти претенденткам на звание военнослужащей? Чем отличаются права и обязанности мужчин от женщин, принявших присягу? И, наконец, может ли женщина дослужиться до звания генерала? На эти и другие вопросы телеканалу «Звезда» ответили представители Министерства обороны и сами женщины.

Первая причина: стабильность

Большинство женщин, отправляющиеся на службу в российскую армию, прежде всего, ищут стабильности. В интервью телеканалу «Звезда» Татьяна Финкина-Шадская заявила, что твердо решила заключить контракт с Министерством обороны:

«Мне 31 год, я замужем, сыну уже 9 лет. Прежде всего, я рассчитываю найти в армии стабильность, которой мне не хватает в гражданской жизни. Стабильность для меня – это постоянная работа по законам Трудового кодекса, и, конечно, регулярно выплачиваемая зарплата».

Уровень зарплаты пока Татьяну не беспокоит, она надеется на плавное и планомерное ее увеличение в будущем. Решение взрослой женщины поддержал ее муж.

«Мой муж – сотрудник МВД, лейтенант, ему 35 лет, и он не против, сын еще не обзавелся собственным мнением на этот счет, мама – только "за". С подругами пока на эту тему не разговаривала, но не потому, что боюсь, что не поймут, а потому что… ну, в общем, чтоб не сглазили, – говорит Татьяна.

На вопрос: «А если пошлют на Камчатку?», Татьяна ответила: «Не желательно». Ко всему остальному, похоже, она готова полностью.

«Я сделала только первый шаг, звания и карьера – это все в будущем, по мере возможности. У меня есть высшее образование, я получила диплом московского Института экономики и статистики, надеюсь, в армии мои знания пригодятся», – говорит Финкина-Шадская.

Вторая причина: военная форма

Ношение военной формы для значительной части «новобранок» является главной причиной поступления на военную службу. Ионелла Надворная, рассказала, что она совсем недавно начала оформление контракта с Министерством обороны:

«Мне 21 год, я не замужем, детей нет. Хотите – верьте, хотите – нет, но я с детства мечтала о службе в армии, правда. Я очень хочу носить военную форму! Я даже кадетскую форму брата себе примеряла, очень идет она мне. Я, конечно, почти никому об этом не говорила, – боялась, что не поймут. А теперь вот поступаю на службу, и очень рада этому» – рассказывает девушка.

Ионелла учится в Институте экономики и информатики на факультете «финансы и кредит». Брат, о котором она говорит, служит теперь в системе МВД, в ОМОН. Место службы Ионелле Надворной подберут, конечно, по ее знаниям и умениям, но она сама хотела бы служить в Москве:

«Я завороженно смотрю всегда на роту Кремлевских курсантов, как ходит почетный караул, я бы тоже так смогла, я бы так хотела служить» – говорит она.

Третья причина: социальная защищенность

Все военнослужащие российской армии имеют полный социальный пакет: бесплатное лечение, передвижение по стране и после окончания службы – собственное жилье. Стратегическим направлением современных Вооруженных сил нашей страны является обеспечение или помощь в получении собственного жилья еще во время прохождения службы.

«Все знают, что военная медицина в нашей стране, традиционно, – одна из самых лучших. Это – большой плюс, бесплатный проезд на общественном транспорте – тоже плюс. А еще мне обещают, что через 6 лет и жильем обеспечат, ну, по нашим временам, – это просто сказочная мечта!», – говорит Ионелла.

На самом деле армейский соцпакет включает в себя целых 15 пунктов, в нем есть даже такой экзотический, он, кстати, имеет №13, как «Изготовление и ремонт зубных протезов (за исключением протезов из драгоценных металлов и других дорогостоящих материалов).

В соцпакет военнослужащих входит и обеспечение бесплатным питанием, обмундированием, лекарственными средствами и многое другое.

Четвертая причина: романтика

Многие девушки надеются встретить в армии настоящих мужчин, сильных, умных и добрых. Но только на этом не заканчиваются их романтические представления о Вооруженных силах.

«Мне кажется, что в армии, кроме стабильности, красивой воинской формы и различных социальных привилегий, я смогу найти почет и уважение со стороны граждан», – говорит Татьяна Финкина-Шадская.

«Да, может быть, я насмотрелась фильмов об армии и начиталась книжек, но мне кажется, что служба просто пропитана романтикой – помочь товарищу, стоять на боевом посту, выполнить важное боевое задание, что может быть романтичней этого? В коне концов, отдать свою жизнь за Родину, совершить подвиг – это разве не прекрасно?», – говорит Ионелла Надворная.

Пятая причина: стать «профи»

Стать настоящим «профи» – это еще одна из причин, по которой женщины устремляются в российскую армию. Телеканалу «Звезда» признались в этом и практичная Татьяна и романтичная Ионелла.

«Я готовлюсь к службе серьезно, вы не думайте! Я активно занимаюcь спортом, отжимаюсь от пола и знаю свою норму при поступлении в армию – 12 раз я должна это уметь делать – и подтягиваюсь на турнике.

Я играю в волейбол, в 2011 и в 2013 годах я занимала в областных соревнованиях по стрельбе из пневматической винтовки первое место, да! Стать снайпером было бы "круто". Мама меня поддерживает, а папа пугается», – говорит Ионелла.

Самой успешной из всех современных российских женщин-военнослужащих бесспорно является Елена Князева.

Она сделала блестящую карьеру и теперь заслуженно носит самое высокое среди своих соратниц воинское звание – звание генерал-майора. Елена Георгиевна является заместителем начальника Военного университета Министерства обороны России.

Через «пункт отбора» к «звездам»

Служба по контракту – это не просто работа. Военнослужащий по контракту – это профессиональный защитник Родины. Прежде чем получить звездочки на погонах или хотя бы сами погоны, все женщины, желающие заключить контракты с Министерством обороны, должны первым делом прийти и пройти так называемые «пункты отбора».

В эксклюзивном интервью телеканалу «Звезда» о том, как тестируют российских женщин на пунктах отбора МО РФ, рассказал полковник Цепков Борис Александрович, начальник пункта отбора на воинскую службу по контракту Западного военного округа по Тульской области:

«В военкоматах контрактники проходят только медицинскую проверку, всем остальным занимаемся мы. Наиболее важным, если говорить о женщинах, безусловно, является психологический тест».

Сам Борис Александрович в армии давно, прошел все «горячие точки», и поэтому, как он сам говорит, «могу честно смотреть в глаза родственникам тех, кто решил служить в нашей армии».

«Женщины сегодня рвутся в российскую армию, потому что они практичны, они практичнее нас – мужиков. Они трезво взвешивают все "плюсы" и "минусы" и идут служить, потому что плюсов, конечно, больше. Но далеко не все девушки готовы стать военными людьми. Выясняется это во время прохождения ими психологического теста», – говорит Цепков.

Читайте также:  Дорожный знак стрелка вверх

Психологический тест включает в себя множество вопросов и семь заданий. Тест был разработан Генеральным штабом ВС РФ.

Вот только три из сотен вопросов, на которые предстоит ответить Ионелле и Татьяне:

«Вы предпочитаете уединение общению?», «Испытываете ли Вы чувство беспокойства, если Вас неправильно поняли в разговоре?», «Сосет ли у Вас "под ложечкой" перед ответственным разговором?».

Снисхождение «новобранкам» будет только при сдаче нормативов по физической подготовке. Если мужчины, поступающие на контрактную службу, не достигшие 25-ти лет, должны отжиматься от пола не менее 45 раз, то Ионелле достаточно сделать это 12 раз, а Татьяне и вовсе 10-ти отжиманий будет достаточно.

«Я лично провожу агитацию перед нашими студентами, главами административных образований, военно-учетными работниками, выпускниками высших учебных заведений. Сегодня у меня на столе 29 заявлений на службу по контракту, из них – 5 от женщин», – говорит Борис Цепков.

Честно говоря, не ожидала

Женщины всегда были, есть и будут непредсказуемыми. Пройдя все тесты, поступив на службу и даже став «лучшей из лучших», представительницы слабого пола все равно надеются в душе на то, что по отношению к ним будет проявлено снисхождение. Эта история – яркий тому пример.

В 2012 году рязанке Александре Юдановой выпала честь защищать воинские доблести прекрасной половины Воздушно-десантных войск России.

За победу в международном конкурсе «Мировой парень» Александра Юданова получила медаль Министерства обороны «За укрепление боевого содружества» и памятные часы, изготовленные в единственном экземпляре.

В своем первом интервью о том, как она стала «мировым парнем» Саша Юданова неожиданно заявила: «Особенно отчетливо помню полосу препятствий в первой номинации "Атлет". Нужно было бегом преодолевать рвы, барьеры, разрушенный мост, лестницу, прыгать в окно с уровня второго этажа. И все это – в бронежилете весом восемь килограммов! Конечно, я знала, что нагрузки будут приличные, но чтобы женщинам не оказывать никакого снисхождения?! Честно говоря, не ожидала».

Героини этой статьи Татьяна и Ионелла говорят, что у них достаточно женских причин пойти в армию, а значит – достаточно сил, умений и знаний пройти все психологические тесты, сдать нормативы по физической подготовке, и, наконец, пройти военно-медицинскую комиссию.

«Уверена, что все сдам и пройду», – говорит Ионелла. «А почему бы и нет?», – спрашивает Татьяна.

Мужчины и сторонницы патриархата, конечно же, скажут «нет». А заядлые феминистки примутся рассказывать о дискриминации прав женщин, свободе выбора

Но прежде ввязываться в спор, не стоит ли разобраться, что это значит «служить в армии». Что требуется делать? Рыть окопы, стрелять и бегать марш-броски, выживать в пустынях и горах? Или безжалостно убивать, участвуя в боевых действиях?

Ни для кого не секрет, что некоторые представители штабных должностей мужского пола вряд ли справятся с оружием (не говоря о боевых действиях). Так что, смотря как служить.

Существует множество должностей в подразделениях по обеспечению, связи, медицинских частях, а также штабные должности, находясь на которых, женщина будет гораздо полезней мужчины в силу своей терпимости, усердия, умения выполнять кропотливую работу. Да и для здоровья нашего, женского, никаких проблем не возникает.

Что же касается службы «а ля солдат Джейн», придется разочаровать прекрасных героинь. Наша мускулатура не может обеспечить физическую силу на уровне мужчин. И, как спортом не занимайся, без анаболиков просто невозможно достигнуть приличной мышечной массы. Соотношение женской и мужской общей мышечной силы в среднем составляет 2/3. Причем мышцы верхних конечностей на 20−30% слабее нижних. Разгадка таких отличий заключается в разнице общей массы тела и более тонких по структуре мышечных волокнах у женщин, а также в том, что росту мышечной массы способствуют мужские половые гормоны (которых у мужчин в 10 раз больше). Так что, если вы с детства мечтали стать защитницей отечества, давайте будем выбирать ношу по плечу. Ведь, например, в десантных, танковых войсках и подготовленному мужчине порой несладко бывает.

Что же привлекает женщин в армию, мечта, героизм? Для некоторых это возможность получить сначала государственное обеспечение и более высокую зарплату, по сравнению со сферой образования или той же медициной, а в перспективе хорошую пенсию, дополнительные льготы. Какой тут патриотизм, если это еще одна возможность выжить. Сравните зарплату и льготы гражданской и военной медсестры. Кроме того, медсестры становятся военнообязанными и получают звание рядового сразу после окончания медицинского училища. Чего же им по мелочам размениваться? Только этот факт почему-то любители патриархата не вспоминают. Их это не пугает.

На сегодняшний день количество служащих в армии женщин увеличивается во всем мире. В том числе в странах юго-восточного региона. Правительства относятся к этому вопросу по-разному. В демократичной Европе и Америке женщины служат во всех родах войск в тех же условиях, что и мужчины, различие только в нормативах физической подготовки. Допущен тут прекрасный пол и к серьезной технике, такой как самолеты и корабли.

В израильской армии, куда женщин в возрасте 18−24 лет призывают на срочную службу наравне с мужчинами, учтены особенности женского организма. Для этого существуют специальные женские части.

В Пакистане женщины-военнослужащие работают в госпиталях и инженерных частях. Более того, Шахида Малик — военный медик даже получила звание генерала. В соседней Индии, хоть и можно увидеть прекрасных дам в медицинских частях и частях обеспечения, но к службе наравне с мужчинами их не допускают.

При всей кажущейся открытости армии для представительниц прекрасного пола, мужчины славянских и восточных стран пускают в ход всевозможное скрытое оружие, чтобы вытеснить их. Например, защитницы Родины первыми попадают под сокращение, подвергаются сексуальным домогательствам. С введением контрактной службы условиями контракта могут оговариваться такие вопросы, как возможное рождение ребенка и замужество.

Вот так нас, бедных, притесняют и выживают. И не пускают нас на поле боя.

Но что такое война? Это не художественный фильм о 2-й мировой. Оружие нынче не то. Конечно, когда существует непосредственная угроза родной стране, выбирать не приходится.

А в мирное время? Стоит ли оставлять детей на бабушек, чтобы отправиться в очередную горячую точку, рисковать своей жизнью (опять же подумайте, кто позаботится о детях)? Какой станет хрупкая, нежная женщина после того как начнет убивать? А сможете? Ведь если не вы, то вас.

Не все так плохо в гражданской жизни. Можно и работу получше найти, и удовлетворить свои амбиции, занимаясь спортом. Только помнить надо, что жизнь — одна и, проживая ее за мужчину, просто не успеешь по-настоящему побыть женщиной.

Комментировать
0 просмотров
Комментариев нет, будьте первым кто его оставит

Это интересно
No Image Советы юриста
0 комментариев
No Image Советы юриста
0 комментариев
No Image Советы юриста
0 комментариев
No Image Советы юриста
0 комментариев
Adblock detector